Кремень
Чип сидел в комнате и читал книгу, когда вошли Гайка с Дейлом. Вид у обоих был светящийся от радости, но, в то же время, немного смущённый.
— Чип… — Дейл, как джентльмен, начал первым.
— Ну… — буркнул тот, не отрываясь от книги.
— Мы тут с Гайкой хотели тебе сказать… в общем… — Дейл запнулся и замолчал, не зная, как лучше преподнести эту невероятную новость своему лучшему другу.
— Чип, ты только не волнуйся… — с тревогой добавила Гайка, видя, что тот никак не реагирует на их слова, застыв в своём кресле, словно статуя.
— Да, мы давно хотели тебе это сказать, но всё никак не решались… — добавил Дейл.
— Ну, так что у вас там? – нетерпеливо переспросил Чип, взглянув на висящие на стене часы.
— Чип, ты только не волнуйся, — Гайка, наконец, собралась с духом и вдруг внезапно выпалила, как на духу:
— Мы с Дейлом любим друг друга!
— И что? – командир Спасателей по-прежнему был сама невозмутимость.
Как это было на самом деле
В один из холодных зимних вечеров, когда даже злодеи предпочитают не высовываться, чтобы совершить преступление, а сидеть у теплого камина, а уж все остальные тем более не хотят выходить из дома, команда Спасателей собралась в гостиной на заслуженный отдых.
Дейл попытался включить телевизор, но кроме «Возвращения Мумии» ничего путного с точки зрения бурундучка не показывали. Чип, было, попробовал посмотреть новости, но стоило ему с большим трудом отобрать у Дейла пульт и переключить канал, как диктор, улыбаясь во все тридцать два зуба произнес: «С вами были новости на Третьем канале. Следующий выпуск смотрите в полночь».
Довольный Дейл вновь включил «Мумию», но остальной команде ужастик был решительно не по душе.
— Дейл, выключи этот кошмар! – запротестовал Чип, — Хоть бы нас спросил, хотим мы смотреть на этих археологов или нет!
— Ну и не смотрите! – бурундуку не хотелось отрываться от фильма.
— Дейл, но ты же уже в тридцатый раз пересматриваешь этот фильм… — вмешалась Гайка.
— Не тридцатый, а только двадцать восьмой, — возразил красноносый бурундук.
— *:2=?&7!!! — недовольно прожужжал Вжик.
— Видишь, даже Гаечке и Вжику твое кино не нравится! – нашел новый аргумент Чип. Потом он подошел к телевизору и выключил его, — Пусть лучше Рокки нам что-нибудь расскажет. По крайней мере, это всем будет интересно!
— Да, Рокки, пожалуйста! – попросила Гаечка.
— Бз-з-з! – одобрил идею Вжик.
— Ну хорошо, — пробурчал, поддавшись давлению большинства Дейл, — Только не очень долго! – добавил он, в надежде, что досмотрит «Мумию» потом.
— Ладно, — поддался на уговоры австралиец, — Вы слышали историю о том, как я спас деревню от нашествия бродячих котов?
— Нет, не слышали, — ответил Чип, — Расскажешь?
— Присаживайтесь поудобнее — пригласил мыш.
Весенний призыв
Кларисса ждала меня на берегу, как мы и условились. Был чудный день. Солнце ярко сверкало в недосягаемой вышине, озаряя всё вокруг своим живительным светом. В соседней рощице пели разнообразные певчие птицы: каждая из них исполняла свою пронзительную песнь на свой доступный только ей лад, но все их песни были об одном: об удивительном чуде, благосклонно даруемом нам красавицей-Весной — о прекрасной и чистой Любви. Мы с Клариссой сидели на берегу небольшой тихой речки, любуясь её прозрачной водой и весело плавающими в неё рыбками, которые, сверкая своей серебристой чешуёй, небольшими стайками носились друг за другом, радуясь наступлению весны. Воздух был напоён благоуханием сладких ароматов окружавших нас полевых цветов и тихо струящимся журчанием реки. Всё вокруг дышало любовью и обожанием. Весна полноправно вступила в свои права, прогнав, наконец, свою злобную сестрицу-Зиму и, теперь, как гостеприимная хозяйка, щедро одаривала всех своей лаской и радушием.
— Клэр, — я повернулся к сидящей рядом Клариссе. — Ты знаешь, я тут подумал… — я, запнувшись, смущённо замолчал.
— Да, Чип… — Клэр, мило улыбнувшись, повернулась ко мне.
Боже, как же она была хороша! Эти смеющиеся прекрасные глаза, это необыкновенно милое личико, эта чарующая улыбка, эти короткие тёмные волосы… А фигура? Тонкий и гибкий стан, хрупкие нежные руки и прекрасные изящные ножки — одного только взгляда на её великолепную точёную фигурку было достаточно, чтобы влюбиться в очаровательную бурундучиху раз и навсегда. Именно это со мной и произошло…
— Так что ты хотел мне сказать? — Кларисса мило улыбнулась мне.
— Да так… — я смутился. — Вокруг такая неземная красота, — я обвёл рукой окружавшую нас весеннюю природу, что словами этого выразить невозможно… — Да и к чему слова? — я улыбнулся. — Порой, одно даже лишь едва заметное действие может сказать больше, чем тысяча слов…




